ЧАСТЬ 1

Жаркий воздух Турции ударил в лицо, как только Миша и Катя вышли из прохладного, кондиционированного лобби отеля «Блю Стар». Здесь пахло соленой морской водой, сладким ароматом жасмина и чем-то мясным и пряным из открытого ресторана. Миша поправил на плече небольшую сумку, его взгляд был прикован к жене. Катя щурилась на ослепительном солнце, и её длинные, каштановые волосы переливались на свету. На ней было светлое платье из тонкой ткани, которое подчеркивало каждый изгиб её роскошной фигуры – стройные, длинные ноги, тонкую талию и упругую грудь, которая даже под тканью выглядела соблазнительно. Вокруг них суетились официанты с подносами, семенили уставшие от перелета туристы с чемоданами, но Миша видел лишь Катю. Мише нравилось быть мужем красивой женщины, на которую оборачиваются мужчины.
Катя, почувствовав на себе взгляд мужа, повернулась и улыбнулась. Её губы были чуть припухшими, а в больших глазах плясали озорные искорки.
– Ну что, Миша, готов к двум неделям абсолютного ничего неделания? – спросила она, – Ультра всё включено. Я уже представляю, как мы будем пьянствовать с утра до ночи и превращаться в овощи.
– Рядом с тобой я готов ко всему, – ответил Миша, и это была стопроцентная правда. Он был готов абсолютно ко всему, особенно к тому, что неизбежно произойдет, когда она, расслабленная и веселая, начнет искать приключения.
Миша и Катя для друзей и знакомых были красивой семейной парой, можно сказать, идеальной. Никто и подумать не мог, что у них есть грязные секретики. Дело в том, что Катя была сексвайф, а Миша – куколдом, и если в будничной жизни много времени отнимали работа и бытовые проблемы, то на отдыхе они отрывались на полную катушку. Обычно они заранее ничего не планировали, все происходило само собой – какой-нибудь отдыхающий начинал клеиться к Кате, она флиртовала с ним, а когда он, возбудившись, предлагал ей уединиться вдвоем, то она с бесстыжей улыбкой признавалась ему, что муж мешать не будет, потому что он – куколд. Некоторые сильно удивлялись такому повороту событий, некоторые воспринимали спокойно, но в ста процентах случаях всё заканчивалось сексом Кати с новым знакомым, во время которого Миша выступал пассивным наблюдателем. Катя и Миша думали, что и на этот раз с ними произойдёт что-нибудь подобное, но всё сложилось несколько иначе. Но не будем забегать вперёд, обо всём по порядку.

Отель был типичным для Средиземноморья: белоснежные корпуса, утопающие в цветах и сочной зелени, несколько бассейнов, барные стойки... Их номер оказался на третьем этаже, с широким балконом, выходящим на бирюзовое море. Быстро распаковав вещи, они решили исследовать большую территорию отеля, но по дороге Катя замерла у главного бассейна:
– Слушай, я очень хочу холодный коктейль, например, «Дайкири». Прямо сейчас. Давай сядем где-нибудь под зонтиком у воды? Я просто умираю от жары.
Миша кивнул. Он оставил Катю у свободного шезлонга под большим бежевым зонтом, пообещав скоро вернуться с напитками. Катя устроилась поудобнее, закинув одну ногу на другую, и её платье задралось чуть выше колена, открывая изгиб бедра и тонкую лямку трусиков на загорелой коже. Она прекрасно знала, как привлекательно для мужских взоров это выглядит, и наслаждалась каждой секундой этого внимания, даже если оно пока что было лишь воображаемым.
Пока Миша стоял в длинной очереди у бара, Катя лениво оглядывалась. Вокруг кипела яркая курортная жизнь: дети визжали и плескались в воде, мужчины громко обсуждали футбол, женщины нежились под солнцем, переворачиваясь на шезлонгах. Её взгляд на секунду зацепился за большую компанию, которая расположилась у самого края бассейна, сдвинув вместе три пластиковых столика. За ними сидело человек десять, и они громко смеялись, перекрикивая друг друга и музыку. Компания была пестрой и возрастной: мужчины в возрасте от сорока до шестидесяти и женщины такого же возраста с ярким макияжем. Они пили что-то голубое из бокалов, и их смех был слышен далеко вокруг.
И тут к Кате подсела одна из женщин из той самой компании. На вид ей было лет пятьдесят пять, она была крупной, с лицом, раскрасневшимся от жары и, очевидно, от немалого количества алкоголя. На ней было леопардовое платье, а на шее и руках болталось множество позолоченных цепочек и браслетов.
– Девушка, приветик! – проревела она так, что Катя даже вздрогнула. – Я Жанна! А ты чего одна такая красивая сидишь и скучаешь? Тут Турция, надо веселиться на полную катушку!
Катя рассмеялась. Женщина была неотразима в своей простоватой, напористой энергичности.
– Меня Катя зовут. И я не одна, муж пошел за коктейлем.
– Ой, Катя! Какое замечательное имя! Слушай, ты нам очень нужна! – Жанна обхватила её плечо пухлой, горячей рукой, – Мы тут каждый год отдыхаем. Уже десятый год, можешь себе представить! Это наша традиция! И мы всегда веселые! Иди к нам! У нас тут все свои! Никаких формальностей!
Катя не успела и рта раскрыть, как Жанна уже тащила её за собой к своему шумному столу:
– Ребята, смотрите, кого я привела! Красотка! Катя! – громко представила она её, словно объявляя номер на сцене.
Все взгляды компании немедленно обратились к Кате. Она почувствовала, как будто по её коже пробежали десятки невидимых пальцев. Взгляды мужчин были откровенно оценивающими, словно она не женщина, а блюдо в ресторане. Женщины смотрели с любопытством, кто-то с прищуром, кто-то с одобрительной улыбкой, словно изучая конкурентку или потенциальную новенькую в своем клубе.
– Очень приятно, – сказала Катя, слегка смутившись не от стеснения, а от такого оглушительного напора Жанны. Она привыкла к вниманию, но такое вторжение было для неё непривычным.
Жанна начала быстро, сбивчиво знакомить Катю со всеми, тыча пальцем в каждого. – Это Семен, мой старый друг, – кивнула она на лысого, крепко сбитого мужчину с тяжелой квадратной челюстью. Он молча кивнул, его взгляд бегал по фигуре Кати, задерживаясь на её груди и бедрах.
– Это Олег, душа нашей компании! – подмигнула она. Олег, подтянутый мужчина с хитрыми глазками, похотливо улыбнулся.
– Это Виктор, самый молодой из нас! Виктор, помаши ручкой!
Виктор, лет сорока три, действительно выглядел моложе остальных. У него была спортивная, не испорченная пивным животиком фигура, он смотрел на Катю откровенно, с нескрываемым, почти наглым интересом.
– А это Игорь, наш молчун и философ. Игорь, поприветствуй гостью!
Игорь, седой мужчина в очках с толстой оправой, был похож на строгого руководителя большого калибра. Он просто слегка поклонился, посмотрев на Катю многозначительным взглядом.
Жанна продолжила, указывая на семейные пары, которые сидели здесь же:
– Вот это Настя и Борис. Они уже двадцать пять лет вместе и до сих пор ругаются из-за телевизионного пульта.
Борис, полный мужчина с добродушным лицом, кряхтя поднял бокал, а его жена Настя, пухленькая женщина с румяными щеками, тепло улыбнулась.
– Ирина и Петр. Они у нас самые скромные, но ночью… ой! – захихикала Жанна.
Петр, высокий и сутулый, смущенно улыбнулся, а его жена Ирина, элегантная дама с короткой стрижкой просто кивнула.
– И, наконец, Алла и Дмитрий. Наши вечные жених и невеста – живут вместе почти тридцать лет, а до сих пор не расписались.
Дмитрий, похожий на высокопоставленного чиновника, серьезно кивнул, а Алла холодным изучающим взглядом рассматривала Катю, как подопытного кролика.
Катя почувствовала себя как на сцене. Мужчины не сводили с неё глаз. Семен смотрел тяжело, почти хищно. Олег изучал её так, будто собирался раздеть догола и заняться сексом прямо здесь. Виктор просто наслаждался зрелищем, его взгляд был полон вожделения. Игорь за очками оставался загадкой. Катя села на предложенный стул, и кто-то тут же поставил перед ней бокал с тем же самым голубым коктейлем.
– Пей, Катюша! Не стесняйся! У нас ультра все включено! Мы за всё уже заплатили! – крикнула Жанна, наполняя и свой бокал до краев.

Катя сделала небольшой глоток. Коктейль был приторно-сладким, с сильным, жгучим вкусом рома. Она почувствовала, как алкоголь тут же ударил в голову, размывая очертания мира и делая всё вокруг чуть веселее и проще. Ей стало весело. Эта компания была живой, громкой, непосредственной, совершенно без комплексов. Они рассказывали какие-то истории из прошлых отпусков, которые надрывали всех от смеха. Хотя Катя и не всегда понимала суть шуток, но подхватывала общее веселье.
И тут она увидела Мишу. Он шел через территорию с двумя бокалами «Дайкири» в руках, и его лицо было сосредоточенным. Он искал её. Когда он увидел Катю за столом с этой шумной, пьяной компанией, его шаг замедлился. Катя помахала ему рукой, приглашая. Он подошел, и атмосфера за столом мгновенно изменилась. Смех как будто оборвался на полуслове. Мужчины, которые минуту назад смотрели на неё с таким откровенным, голодным интересом, теперь отводили взгляды. Семен нахмурился, его челюсть стала еще тяжелее. Олег разочарованно скривил тонкие губы. Виктор громко, почти неслышно для остальных, вздохнул. Они думали, что она одна – Катя поняла это, с интуицией опытной хищницы. Они видели в ней легкую добычу, одинокую красотку, с которой можно будет познакомиться, угостить, а потом, возможно, и пригласить в номер. Появление мужа разрушило их планы в один миг.
– Миша, это мои новые знакомые! – как можно более веселым голосом сказала Катя, чтобы как-то разрядить внезапную напряженность. – Жанна, Семен, Олег, все-все.
Миша поставил бокалы на стол и протянул руку:
– Очень приятно, я Миша, муж Кати.
Жанна, как истинный лидер и опытный манипулятор, тут же взяла ситуацию под контроль. Её лицо расплылось в еще более широкой улыбке:
– Ой, Миша! Ну наконец-то! А мы уж думали, Катя никогда тебя не дождется! Садись, Миша, не стой столбом! Вон там стул свободный! У нас на всех места хватит!
Приглашение было звучным, слишком громким, но Миша понял, что это был компромисс. Компания не хотела отпускать Катю, свою трофейную добычу, но и проявлять излишнюю настойчивость при муже тоже не решались, по крайней мере, пока. Миша сел рядом с женой, и стол снова пришел в движение.
Жанна опять начала балагурить, поднимая всем настроение:
– Ну что, за знакомство! – подняла она свой коктейль. – За новых друзей! За лучший отдых в этом лучшем отеле!
Все чокнулись, бокалы звякнули. Миша выпил свой «Дайкири», Катя допила голубой коктейль, и ей тут же налили новый, даже не спросив.
Общение опять оживилось. Теперь разговоры были еще громче и откровеннее. Борис, пьяный и красный, рассказывал, как в прошлом году они с Настей перепутали номера и «очень удивили» какую-то молодую пару:
– Представляете, – бубнил он, – я открываю дверь, а там на кровати… они трахаются! И она такая… ой! – он захихикал, закрывая рот ладонью.
Все гоготали, а Настя толкала его в бок:
– Боже мой, Боря, лучше расскажи, как ты потом ключи искал! Ты же полчаса под чужой дверью стоял и стучал, а тебе отвечали грубым мужским голосом: «Иди отсюда нахер, извращенец!».
Пётр, хмурый до этого, вдруг пророкотал своим низким голосом:
– А я вот помню, Игорь, как ты у нас в номере заснул… Мы его с Иринкой еле разбудили. Он так спал, что хоть что делай – хоть из пушки пали.
Игорь за очками тихо улыбнулся. «Скромница» Ирина вдруг покраснела и сказала с вызовом:
– Он не спал, он просто делал вид, что спит. Ему было стыдно признаться, что не смог.
Все снова рассмеялись, но смех был какой-то особенный, полный общих, понятных только им намеков. Миша слушал, и по спине у него пробегал холодок, смешанный с возбуждением. Он начал понимать. Эти люди были не просто друзьями, которые вместе отдыхают. Они были связаны какими-то грязными тайнами. Их шутки, их воспоминания – все было пронизано двусмысленными намеками. Это были не просто безобидные байки, а обрывки неприличных историй о каких-то совместных играх, о которых все они знали. Миша посмотрел на Катю. Она смеялась, её щеки горели от алкоголя, и она явно была в своей стихии. Её не смущали эти разговоры, наоборот, они её искренне забавляли.
Жанна, заметив, что Катя уже навеселе, наклонилась к ней поближе:
– Ты знаешь, Катюша, у нас тут одно правило – никаких правил! Отпуск есть отпуск! Поэтому можно всё! Абсолютно! – громко хохотнула она, и её огромная грудь тяжело заколыхалась под леопардовым платьем.
Мужчины снова стали активнее, почувствовав, что напряжение спало. Комплименты в адрес Кати посыпались один за другим, становясь все более откровенными.
– Катя, у вас просто идеальная фигура, – сказал Олег, его голос стал вкрадчивым и масляным. – Такое встретишь раз в жизни. Ваш муж счастливый человек.
Миша почувствовал, как его лицо горит. Он был счастливым человеком, но, вероятно, не в том смысле, в каком имел в виду Олег.
– Да уж, – пророкотал Семен, не отрывая взгляда от декольте Кати. – Такую красотку надо… на видное место ставить. В музее. Или в частной галерее. Для очень избранных посетителей.
Виктор, который до этого молчал, вдруг сказал:
– Я профессиональный фотограф. Если бы вы мне позировали, я бы создал шедевр. Настоящий. Чтобы запечатлеть совершенство.
Катя засмеялась, прикрыв рот ладонью, но в её глазах плясали чёртики. Она наслаждалась тем, что была центром внимания мужчин, объектом их вожделения:
– Вы такие комплименты говорите, что я скоро покраснею, – кокетливо проговорила она.
– Краснеть нужно в другой обстановке, – пробормотал Петр, и мужчины за столом снова заржали.

Алкоголь делал свое дело. Все уже основательно напились. Речь становилась невнятной, движения размашистыми. Атмосфера за столом была наэлектризованной от желаний мужчин. Миша видел, как Виктор под столом незаметно коснулся ноги Кати своей ногой. Она не отдернула ногу. Наоборот, она чуть-чуть ответила на давление. Миша видел это. Его сердце заколотилось. Он видел, как Олег плотоядно смотрел на губы Кати, когда она пила коктейль через соломинку. Он видел, как Семен мысленно раздевал её. Все это происходило на его глазах, и он не мог ничего сделать. Вернее, не хотел. Это зрелище возбуждало его до дрожи в коленях. Он чувствовал, как его член затвердевал в штанах, и ему приходилось сидеть, не шелохнувшись, чтобы никто не заметил его состояния.

Вечерело. Кое где в небе уже мигали первые звезды. Фонари, скрытые в листве кустов, зажглись желтым светом.
Жанна сидела прямо напротив Миши. Она решительно взяла бокал с остатками текилы и пододвинула его к Мише:
– Миша, милый, ты что, не уважаешь компанию? – её голос был громким, хрипловатым, с нотками пьяной властности. – Все пьют, веселятся, а ты сидишь как сыч. Нельзя быть отдельно от коллектива! Мы же все отдыхаем!
Миша почувствовал, как алкоголь, уже циркулирующий в его крови, делает его конечности тяжелыми. Он посмотрел на Катю. Его жена сидела рядом, её кожа мерцала в свете фонарей. Она смеялась над шуткой Олега, откинув голову назад, обнажая нежную шею.
– Давай, допивай! – Жанна пододвинула к нему еще один коктейль, который стоял на столе. Это был что-то яркое, красное, с зонтиком и большим количеством льда. – Это на здоровье. За наш отдых!
Миша взял бокал, лёд звякнул о стенки. Он сделал глоток. Коктейль был крепким и приторно-сладким. Он прокатился по горлу, разливаясь теплом по желудку, мгновенно добавляя градус к его уже и без того нетрезвому состоянию. Он кивнул, стараясь улыбнуться, но чувствовал, что улыбка получается кривой.
– Вот так лучше, – Жанна довольно хлопнула его по плечу своей пухлой ладонью. – А то я смотрю, ты все на жену косишься. У тебя она такая красавица! Надо радоваться, что другие мужчины ей восхищаются.

Стемнело окончательно. Жанна выпила свой бокал залпом, вытерла губы тыльной стороной ладони и решительно встала. Её массивное тело качнулось, но она быстро восстановила равновесие.
– Пошли, Миша, поможешь мне, – скомандовала она. – Возьмем еще несколько коктейлей для компании.
Миша хотел было возразить, что официанты сами могли бы подойти и принести, но взгляд Жанны был настолько настойчивым, что он просто кивнул и поднялся. Он шатнулся, но поймал себя за край стола. Катя даже не посмотрела на него, увлеченно слушая что-то, что шептал ей на ухо Олег.
В баре было людно. Жанна протиснулась к стойке, её широкие бедра расталкивали толпу. Миша встал немного позади, чувствуя себя неловко в этой давке.
Она заказала сразу шесть коктейлей. Пока бармен, молчаливый турок, смешивал напитки, Жанна повернулась к Мише. Она прижалась к нему своим полным телом:
– Сколько вы с Катей вместе, Миша? – спросила она, глядя на него своими проницательными глазками. – Давно?
Миша моргнул, пытаясь сосредоточиться:
– Девять лет, – буркнул он.
– Девять лет... – протянула Жанна, качая головой. – И все еще любите друг друга? Или... – она понизила голос, сделав его заговорщическим, – или страсть ушла? Скучно стало?
Миша пожал плечами, глядя на бармена, который наливал разноцветные жидкости в шейкер:
– Нет, не скучно. Катя... она прекрасная.
– Вот именно, – Жанна положила свою тяжелую руку ему на предплечье. Пальцы были горячими и влажными. – Она прекрасная. И ты, я вижу, это ценишь. Но скажи мне честно, Миша, тебе не страшно? Такая красивая жена, и столько голодных мужских глаз вокруг... Ты не ревнуешь?
Миша почувствовал, как внутри него что-то сжалось. Опьянение и возбуждение смешались в один ком. Он вспомнил, как Олег смотрел на ноги Кати, как Борис облизывал свои губы, когда она смеялась.
– Я... – начал он, но слова застряли в горле. Он сделал еще один глоток коктейля, который Жанна сунула ему в руку. Алкоголь ударил в мозг. – Я не ревную.
Жанна подняла бровь, не веря своим ушам:
– Не ревнуешь? Серьезно? Когда другие мужчины пялятся на твою жену? Когда они хотят её?
Миша посмотрел на неё. В глазах Жанны читалось не осуждение, а какой-то жадный интерес. Он почувствовал странное облегчение. Ему нужно было это сказать, выговориться.
– Нет, – выдохнул он, чувствуя, как краска заливает его щеки. – На самом деле... это меня возбуждает.
Жанна усмехнулась, её губы растянулись в широкой, почти хищной улыбке:
– Возбуждает? – переспросила она, – То есть тебе нравится думать о том, что твоя жена может переспать с другим мужчиной?
– Да, – прошептал Миша. – Понимаете, это мой фетиш, потому что я куколд.
Слово «куколд» внезапно вырвалось наружу, словно пробка из бутылки с шампанским. Миша зажмурился, сам не понимая, зачем он в этом признался незнакомому человеку. Теперь он ожидал от Жанны смеха или упрека, но она лишь сжала его руку сильнее.
– Ого, – выдохнула она. – Вот это поворот! Куколд. И ты любишь, когда она тебе изменяет?
– Это нельзя назвать изменой, если я знаю и разрешаю, – ответил Миша, чувствуя, как его сердце колотится в горле. – Но когда я вижу, как её трахают другие... это меня очень возбуждает.
Бармен поставил перед ними поднос с шестью яркими коктейлями.
– Давай не будем здесь стоять, – предложила Жанна, схватив поднос, – Пойдем отойдем в сторону, там где свободный столик. Мне нужно с тобой поговорить, прежде чем мы вернемся к нашим.
Они отошли от барной стойки к маленькому круглому столику. Жанна поставила поднос, гремя стеклом, и указала Мише на стул. Сама она села напротив.
– Так, давай разложим всё по полочкам, – начала она, глядя ему прямо в глаза. – Ты говоришь, что тебе нравится, когда другие мужчины хотят твою жену. А если они будут действовать? Не будешь ли ты ревновать, если мои друзья, например, начнут приставать к Кате? Не станешь злиться и устраивать скандал?
Миша почувствовал, как его член затвердевает в штанах:
– Не буду злиться. Мне... – его голос дрожал. – Мне даже нравится такое.

Жанна хищно улыбнулась, она явно наслаждалась полученной информацией:
– Тогда давай дальше, – толкнула она его. – Представь ситуацию. Сегодня вечер. Все пьяные, все хотят веселья. Я предлагаю такой вариант. Катя не возвращается сегодня в твой номер. И вообще, пока мы здесь, в этом отеле, она спит с кем захочет. С кем угодно из нашей компании. Как отнесешься к такому, Миша?
Миша замер. Это была не просто фантазия, это было предложение. Сделка. Он посмотрел в сторону стола, где сидела компания Жанны. В мерцающем свете фонарей, он видел силуэт Кати. Она смеялась, её голова была откинута назад. Олег что-то говорил ей, наклонившись очень близко. Миша почувствовал прилив жара к паху. Стыд смешался с невероятным, пьянящим возбуждением. Ему хотелось того, что только что предложила Жанна.
– Если Катя будет не против, – сказал он, стараясь выглядеть невозмутимым – То такой расклад меня устраивает. Мне нравится видеть мою жену шлюшкой, сексвайф.
Слово «шлюшка» повисло в воздухе, тяжелое и грязное, но для Миши оно звучало как музыка. Жанна посмотрела на него долгим, оценивающим взглядом. Затем она протянула свою пухлую руку.
– Договорились, – сказала она, по-мужски крепко пожимая его ладонь. – Ты – куколд, она – сексвайф. Сегодня вечером начнется игра.
Они поднялись. Жанна взяла поднос с коктейлями, Миша помог ей отнести пару бокалов. Когда они подходили к их столику, Жанна вдруг замедлилась.
– Помни, Миша, – шепнула она ему в ухо, обдавая горячим дыханием, – Назад пути нет. Мы с тобой договорились, ты сам этого хотел.

Они вернулись к компании. За время их отсутствия атмосфера накалилась еще сильнее. Олег сидел уже вплотную к Кате, его рука лежала на её стуле, почти касаясь её бедра. Катя, пьяная и раскрасневшаяся, что-то рассказывала, активно жестикулируя. Борис громко хохотал, тряся своим животом. Дмитрий сидел молча, наблюдал, как хищник. Алла внимательно разглядывала свои ногти, но Миша заметил, что её взгляд время от времени скользит по Кате.

Жанна поставила поднос на стол с громким стуком, привлекая внимание всех:
– Вот и наши напитки! – объявила она. – Но, ребята, у меня есть новость. Просто бомба!
Олег оторвался от Кати и посмотрел на Жанну. Борис перестал хохотать. Алла подняла глаза.
– Наш Миша, – Жанна положила руку на плечо мужа Кати и крепко сжала его – оказывается, очень продвинутый мужчина. Он поделился со мной своим секретом.
Она наклонилась к столу и начала говорить тихо, но её голос был слышен всем, так как музыка на секунду стихла. Она шептала на ухо Олегу, потом Борису, потом Дмитрию. Алла кивнула ей в ответ, как бы подтверждая что-то, что она уже подозревала. Миша стоял сбоку, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Он видел, как меняются лица мужчин. Глаза Олега расширились, его зубы блеснули в улыбке. Борис переглянулся с Дмитрием и подмигнул. Дмитрий лишь кивнул, его лицо оставалось серьезным. Семён ухмыльнулся и закурил сигарету.
Жанна выпрямилась и громко, чтобы слышала Катя, сказала:
– Короче, ребята, правила игры такие. Миша не станет ревновать Катю, если она будет не против развлечься с нами. Наоборот, Мише это нравится, он – куколд.

Катя, которая до этого момента внимательно слушала, не понимая сути разговора, игриво улыбнулась мужу:
– Миша, ты рассказал наш секретик, – она посмотрела на мужа, – Значит ты хочешь, чтобы я развлеклась с ними?
Миша не отвел взгляда. Он смотрел на жену, стараясь передать всё своё возбуждение. Он едва заметно кивнул.
– Да, Кать, – Миша наконец смог выдавить из себя. – Я хочу, чтобы ты как следует развлеклась.
– Ну вот и отлично! – хлопнула в ладоши Жанна. – Тогда за что мы пьем? За свободу! За Катеньку! За Мишу-куколда!

Все чокнулись. Стекло звякнуло. Миша выпил свой коктейль до дна. Теперь, когда тайна была открыта, он чувствовал странное облегчение. Во-первых, ему больше не нужно было притворяться правильным ревнивым мужем; а во-вторых, это освободит от условных оков мужчин, вожделеющих Катю – их желания больше не будет тормозить присутствие мужа. А то, что мужчины в компании старше их с Катей, было даже интересно. Ведь обычно в их секс-приключениях с женой участвовали ровесники, а это было чем-то новеньким.

Жанна взяла инициативу в свои руки. Она начала управлять компанией, как опытный кукловод:
– Так, а что вы сидите-то? Катя, хочешь потанцевать?
Олег тут же подскочил.
– Катенька, давай потанцуем! – Он протянул ей свою руку.
Катя, поддерживаемая хором одобрения со стороны пьяной компании, встала. Она покачнулась, но Олег поддержал её за талию. Они вышли на небольшую площадку рядом с их столом, где было чуть больше места.
Жанна достала свой смартфон и подключилась к колонке, стоящей на столе. Она выбрала плейлист с медленными, чувственными композициями. Музыка заполнила пространство.
Миша сел на свободный стул. Его место было немного в стороне, словно его уже не считали полноправным участником компании.
Пока Олег кружил Катю в танце, Жанна не теряла времени. Она пододвинулась ближе к Борису:
– Борь, смотри, какая она красивая, – сказала она, кивая в сторону танцующей Кати. – И какая гибкая. Ты видел её ножки?

Борис, красный как рак, кряхтя, повернулся в сторону танцующих.
– Ой, да, Жанночка, – пролепетал он, вытирая пот со лба салфеткой. – Ножки —что надо. И попка... м-м-м.
Алла, которая все это время молчала, вдруг повернулась к Мише.
– Что ты чувствуешь? – спросила она тихо, без осуждения, скорее с профессиональным интересом. – Когда видишь, как твоя жена становится... общедоступной? Стыд или что-то другое?
Миша посмотрел на неё. Алла была загадкой. Её строгий внешний вид контрастировал с происходящим. – Не стыд, – ответил он честно. – Это... мне нравится. Я чувствую себя наблюдателем.
Алла кивнула, словно делая пометку в блокноте.
– Интересно. Психологически это очень показательно. Вуайеризм и мазохизм – видеть свою жену в объятиях других мужчин. Тебя это возбуждает?
Миша не успел ответить, потому что на танцполе что-то изменилось. Олег уже не просто танцевал с Катей. Он прижался к ней всем телом, свою ногу он просунул между её ног, и они двигались в унисон, почти имитируя секс. Его руки скользили по её спине, опускаясь всё ниже и ниже, к её ягодицам. Катя, пьяная и расслабленная, закинула руки ему на шею и откинула голову назад. Её глаза были полузакрыты, губы слегка приоткрыты.
Миша смотрел на это, не отрываясь. Он видел, как пальцы Олега сжимают её попу, как он прижимает её к своему паху. Он видел, как Катя реагирует на это – она выгибается, вдавливаясь в него. Это было похоже на эротический спектакль, поставленный специально для него.
Музыка сменилась на еще более медленную. Олег что-то сказал Кате, она рассмеялась и кивнула. Он развернул её спиной к себе и прижался к ней сзади. Теперь Миша видел лицо жены. Оно было раскрасневшимся, глаза блестели.
Жанна бесцеремонно пододвинулась ближе к Мише:
– Ну как? – прошептала она, – Любуешься? Твоя жена сейчас в чужих руках. Олег её лапает, а ей нравится. А тебе нравится?

Миша утвердительно кивнул, его дыхание сбилось. В этот момент песня закончилась. Олег, не отпуская Катю, поцеловал её в шею. Катя не отстранилась. Олег развернул её и повел к столику.
– Вот так, друзья, —сказал Олег, усаживая Катю на стул, но теперь не около мужа, а между собой и Борисом. – Надо бы освежиться.
Он протянул Кате новую порцию коктейля, она жадно проглотила холодную жидкость.
– А давайте поиграем! – неожиданно предложила Жанна. – В «Что я хочу сделать с Катей». Каждый говорит по очереди, чего бы он хотел, а Катя должна ответить «да» или «нет». Если «да» – пьет. Если «нет» – пьет всё равно! Мы же на отдыхе!
Все засмеялись. Миша тоже улыбнулся, чувствуя себя частью этой игры, но пассивной частью – главным зрителем.
– Я начну! – выпалил Олег. – Я хочу поцеловать Катю в губы, по-настоящему, с языком.
Он посмотрел на Катю с вызовом. Катя, поколебавшись секунду, посмотрела на мужа. Миша глядел на неё молча и слегка кивнул.
Катя повернулась к Олегу:
– Да, – прошептала она.
Олег не заставил себя ждать. Он схватил её за затылок и прижал свои губы к её. Это был жадный поцелуй. Катя зажмурилась, её руки легли на плечи Олега, но не отталкивали, а прижимали его.
Миша почувствовал, как его член становится каменным. Он сидел и смотрел, как другой мужчина на глазах у всех взасос целует его жену.
Когда Олег наконец оторвался от неё, губная помада Кати смазалась. Она протерла губы салфеткой и сделала большой глоток коктейля.
– Отлично! – хлопнул в ладоши Борис. – Теперь моя очередь! Я хочу... я хочу потрогать сиськи!
Катя посмотрела на Бориса. Полный, добродушный Борис теперь выглядел не так безобидно. Его глаза жадно бегали по её декольте. Катя перевела взгляд на мужа. Миша сидел, не шевелясь, он чувствовал, как пот выступает на лбу.
– Да, – сказала Катя, и её голос дрогнул, но не от страха, а от возбуждения.
Борис радостно попрыгал на стуле. Он протянул свои пухлые руки к Кате и осторожно, почти с благоговением, положил их на её грудь. Катя вздохнула. Борис начал массировать её ладонями, сжимая ткань платья и то, что было под ним. Он был грубоват, но его руки были мягкими.
– Ой, мамочки, – пробормотал Борис. – Какие упругие. Какие аппетитные!
Он продолжал мять её грудь, иногда поглаживая соски через ткань платья. Катя откинулась назад, её дыхание участилось. Миша видел, как её грудь поднимается и опускается под руками Бориса.
Жанна смотрела на это с восторгом. Она подмигнула Мише:
– Видишь? Кате нравится.
Дмитрий до сих пор молчал, но теперь он встал. Он подошел к столу сзади Кати и положил руки ей на плечи.
– А я хочу, – сказал Дмитрий своим строгим голосом, – чтобы Катя села ко мне на колени.

Катя вздрогнула от неожиданного прикосновения рук. Она посмотрела на мужа. В ее глазах читался вопрос: «Ты действительно этого хочешь?».
Миша посмотрел на Дмитрия. Серьезный, официальный. Он выглядел как крупный руководитель. Миша не мог и не хотел останавливать эту игру. Он был в ловушке собственных темных желаний. Он медленно кивнул жене.
Катя поняла этот жест как разрешение на всё. Она встала, и Борис с сожалением убрал руки. Дмитрий сел на её место и жестом указал Кате опуститься к нему на колени. Катя повернулась к нему спиной и присела. Она оказалась у него на коленях, как ребенок. Но Дмитрий держал её не как ребенка. Его руки обняли её талию, прижимая её к своему паху. Миша видел, как Дмитрий напрягся.
– Ну что, Катенька, – прошептал Дмитрий ей в ухо, – Удобно тебе?
– Удобно, – ответила Катя, и её голос выдавал возбуждение.
Дмитрий начал двигать бедрами, слегка подрагивая. Катя покачивалась в такт его движениям – это выглядело как секс, где Катя была в роли наездницы. Миша видел, как лицо Кати меняется. Её щеки горят, она закрыла глаза…
Жанна налила всем вина, которое принес официант:
– Пьем, ребята! За Мишу! За его великодушие! Мишенька, ты такой молодец!
Миша выпил вино, не чувствуя вкуса. Он смотрел на свою жену, сидящую на коленях у другого мужчины. Он смотрел, как руки Дмитрия скользят по её бедрам, поднимая платье. Он видел треугольник её трусиков. Он видел, как пальцы Дмитрия тянутся к этому треугольнику.
В этот момент Олег, который сидел рядом, наклонился к Кате и начал целовать её шею, пока она была на коленях у Дмитрия. Катя была зажата между двумя мужчинами. Один держал её, другой целовал. Борис сидел напротив и смотрел, сглатывая слюну. Алла наблюдала с холодным интересом. Жанна победоносно улыбалась.
Миша понял, что его больше не воспринимают в качестве главы семьи в этом кругу. Он был просто зрителем. Спутником шлюхи. И это было самое сладкое чувство, которое он когда-либо испытывал.
– Миша, – позвала Жанна. – Подойди сюда.
Миша встал и подошел к ней.
– Встань рядом, – скомандовала она. – Хочешь ближе посмотреть? Видишь, как Дмитрию нравится твоя жена?
Миша подошел совсем близко. Он мог видеть капельки пота на шее Дмитрия. Он мог видеть, как вздымается грудь Кати.
– Возьми её руку, – сказала Жанна. – Скажи Кате, что ты её любишь, что ты обожаешь, когда она так раскованно себя ведёт.
Миша протянул руку и коснулся ладони Кати. Она была горячей и влажной:
– Кать, – прошептал он. – Я... я люблю тебя.
Катя открыла глаза и посмотрела на него. Она была где-то далеко, в мире ощущений:
– Ты... ты хочешь, чтобы я трахнулась с ними, Миша? – прошептала она.
– Да, – выдохнул он. – Да, Кать. Я хочу этого.
Дмитрий рассмеялся коротким, сухим смехом:
– Слышала, Жанна? Он хочет, чтобы мы трахнули его жену.
– Слышала, – Жанна допила свой бокал. – Ну что ж, желание мужа – закон!

Компания снова начала шуметь. Олег рассказывал какой-то грязный анекдот, Борис хохотал, хлопая себя по животу. Дмитрий продолжал держать Катю на коленях, поглаживая её ноги. Алла молчала, но её взгляд был прикован к Мише, словно она изучала редкий экземпляр насекомого.
Миша вернулся на свой стул, на периферию.
Жанна хлопнула пухлой ладонью по столу, заставляя бокалы подпрыгнуть. Её раскрасневшееся лицо расплылось в широкой улыбке, золотые цепочки на шее мелко задрожали:
– Хватит тут сидеть! – провозгласила она, поднимаясь из-за стола. – Перебираемся на виллу! Там и бассейн, и караоке, и места всем хватит!
Катя искренне удивилась:
– Виллу? Какую еще виллу?
– Вот эту! – Жанна махнула рукой в сторону ограждения, виднеющегося за пальмами. – Мы эту виллу каждый год снимаем. Дешевле выходит, чем отдельные номера в отеле снимать, а простору – море!
Борис кряхтя поднялся, отодвигая стул.
– Я за, там и продолжим веселье. Пойдем, Настя?
Компания начала неспешно подниматься, звеня бокалами и смеясь. Жанна уверенно повела их по дорожке к двухэтажному зданию за невысокой оградой. Вилла светилась тёплыми огнями, в бассейне у террасы мерцала подсветка, превращая воду в бирюзовое зеркало.

ЧАСТЬ 2

Миша шагал позади всех, чувствуя, как пересохло во рту. Катя шла чуть впереди под ручку с Дмитрием, слегка покачиваясь. Она несколько оглядывалась на мужа, и в её глазах мелькало что-то среднее между недоумением и предвкушением.
В просторной гостиной пахло свежими цветами. Огромный обеденный стол из тёмного дерева уже был уставлен бутылками и закусками – кто-то из персонала явно постарался. У стены напротив панорамных окон, выходящих к бассейну, стояла караоке-система с большим экраном.
– Так, девочки! – Жанна включила аппарат, пробежалась пальцами по каталогу, – «Виагра»! Поехали!
Из динамиков зазвучали знакомые аккорды. Жанна схватила один микрофон, второй сунула Кате, третий – Ирине, которая тут же рассмеялась.
– Катюша, иди сюда, солнышко! – Жанна притянула Катю к себе, и они втроём начали петь.
Голос Жанны – хрипловатый, уверенный – вёл мелодию. Ирина подпевала тонко, но чисто. Катя же больше смеялась, чем пела, но её голос вплетался в общую какофонию звонко и радостно.
На припеве Жанна развернула Катю лицом к зрителям. Её пухлые руки легли на бёдра молодой женщины, скользнули выше, по шёлку платья. Ирина подошла с другой стороны, её ладонь легла Кате на плечо.
– Браво, девочки! – крикнул Семён из кресла.
Жанна запустила пальцы под подол платья Кати сбоку, медленно подтягивая ткань вверх. Ирина подхватила её подол с другой стороны. Катя ахнула, но не отстранилась – её глаза озорно блестели.

Платье поползло выше, обнажая гладкие бёдра, полоску кружевных трусиков... Жанна и Ирина одновременно задрали ткань и кружевные трусики Кати оказалась на виду у всей компании.
Катя запрокинула голову, хохоча, и продолжала петь, никого не стесняясь.
Борис громко захлопал, его добродушное лицо расплылось в широкой улыбке. Олег присвистнул, его бегающие глазки жадно впились в полупрозрачные трусики. Дмитрий, сидевший в кресле у стены, едва заметно кивнул, но его взгляд не отрывался от сцены.
Миша стоял у входа, прислонившись плечом к дверному косяку. Его сердце бешено колотилось. Он смотрел, как его жена стоит перед всеми полуголая, как чужие руки гладят её тело, и чувствовал, как внутри нарастает горячая волна – стыд, возбуждение и что-то тёмное, ненасытное.
Песня закончилась. Жанна и Ирина опустили платье Кати, и все трое поклонились зрителям под оглушительные аплодисменты. Катя смеялась, её щёки горели.

Жанна сложила микрофоны и повернулась к компании с видом полководца, осматривающего войска.
– А теперь, – она подняла палец, – продолжим нашу игру! «Что я хочу сделать с Катей»! Но теперь желания загадывают женщины!
– Ого! – Пётр откинулся на спинку дивана. – Интересный поворот.
– Первой участницей назначаю... себя! – Жанна расхохоталась и подошла к Кате, стоявшей посреди комнаты. – И я хочу... (Жанна выдержала театральную паузу.) ...засунуть палец в твою пизду и поласкать тебя там!
Комната взорвалась криками и свистом. Олег ударил кулаком по подлокотнику, Виктор захохотал, раскачиваясь на кресле. Даже Дмитрий позволил себе лёгкую тень улыбки.
Катя покраснела, но не отступила. Её губы растянулись в пьяной, улыбке:
– Ну так чего ждёшь, Жанна? – сказала она с вызовом и слегка развела бёдра.
Жанна опустилась перед ней на колени. Её пухлые руки задрали платье Кати, пальцы легли на кружевную полоску трусиков и сдвинули ткань в сторону. Толстый указательный палец Жанны скользнул между влажных складок, и Катя ахнула, запрокидывая голову:
– Ой! Ах...
Жанна ввела палец глубже, её большой палец нашёл набухший клитор и надавил. Катя пошатнулась, но Жанна придержала её свободной рукой за бедро.
Она несколько раз подвигала пальцем внутри, затем извлекла его и поднялась на ноги. Палец блестел от влаги, Жанна продемонстрировала его компании:
– Катенька очень мокренькая, – констатировала Жанна с довольной ухмылкой. – Как и положено хорошей девочке.
Катя хихикнула, отворачиваясь. Жанна рассмеялась и села обратно на диван, вытирая палец салфеткой:
– Кто следующая?
Ирина подняла руку:
– Я хочу поцеловать Катю в губы. По-настоящему.
Катя шагнула к ней, и их губы встретились. Ирина целовала её жадно, с языком, и Катя ответила, её руки легли на плечи темноволосой женщины. Комната снова взорвалась аплодисментами.
Настя, жена Бориса, заявила, что хочет отшлёпать Катю по попе. Катя послушно повернулась, задрала платье, и Настя с размаху опустила ладонь на упругую ягодицу. Звук шлепка эхом разнёсся по гостиной.
– Ещё! – потребовал Олег.
Настя шлёпнула ещё раз, оставив красный отпечаток. Катя взвизгнула, но не отстранилась.
Последней поднялась Алла. Она двигалась бесшумно, как тень. Подойдя к своей сумочке, оставленной на столе, она расстегнула молнию и извлекла нечто, блеснувшее металлом в тёплом свете ламп. Пояс целомудрия. Тяжёлый, хромированный, с замком спереди и кольцом для мошонки, он лежал на её ладони.
– Я хочу, – голос Аллы был ровным, – Чтобы Катя раздела своего мужа догола и надела на него пояс целомудрия.
Она подняла девайс чуть выше, чтобы все могли разглядеть.
– Это будет честный наряд для Миши на сегодняшний вечер. Быть голым и в поясе верности.
Тишина взорвалась. Борис захохотал так, что его живот затрясся под рубашкой. Олег присвистнул, его зубы блеснули в улыбке. Ирина прикрыла рот ладонью, её глаза расширились. Даже сдержанный Дмитрий поднял брови.
– Да! – Жанна вскочила, хлопая в ладоши. – Алла, ты гений! Давай, Катюша, раздевай мужа!
Миша застыл у дверного проёма. Его ноги стали ватными, сердце заколотилось так, что он слышал его в ушах. Пояс целомудрия. На нём. Перед всеми.
– Миша... – Катя подошла к нему, её глаза блестели от алкоголя и возбуждения. – Иди сюда.
Она взяла его за руку и потянула в центр комнаты. Миша шёл, как на эшафот. Его тело горело от стыда, но одновременно с этим он чувствовал, как пульсирует кровь в паху, как нарастает возбуждение.
Катя начала расстёгивать его рубашку. Пуговица за пуговицей. Рубашка упала на пол.
– Дальше, – скомандовала Жанна.
Катя расстегнула ремень, затем молнию на брюках. Стянула их вниз, и Миша переступил через ткань. На нём остались только боксёры, уже влажные от пота и предвкушения.
– Всё! – Олег потёр руки, – Снимай всё!
Катя потянула боксёры вниз, и член Миши – полувозбуждённый, подрагивающий – предстал перед всеми. Он стоял обнажённый посреди гостиной под любопытными взглядами пьяной компании.
Алла протянула девайс Кате.
– Надень на него. Кольцо для мошонки – сначала. Потом зафиксируй член в трубке. Замок защёлкнется сам.
Катя опустилась на колени перед мужем. Её пальцы обхватили его мошонку, пропустили через металлическое кольцо. Миша вздрогнул от холода стали. Затем Катя аккуратно вложила его член в хромированную трубку и сомкнула замок. Щелчок. Замок зафиксировался. Член Миши оказался заперт в металлической клетке и лишён возможности встать. Миша посмотрел вниз – блестящий металл плотно обхватывал его плоть, делая её похожей на какой-то механизм.
– Готово! – Катя поднялась, вытирая руки о платье.
– Красавчик! – Семен поднял бокал. – За Мишу! Самый честный наряд на вечеринке!
Компания захохотала, чокаясь. Миша стоял, чувствуя, как металл давит на его член, как любое движение напоминает о его новом статусе – запертый, подчинённый, выставленный на показ.
Жанна разлила по бокалам вино, и все выпили. Миша не почувствовал вкуса вина, его разум был поглощен ощущением металла на своей плоти, взглядами, скользящими по его обнажённому телу.
– А теперь, – Жанна поставила свой бокал на стол и обвела компанию горящим взглядом, – Новая игра! Жмурки для взрослых!
– О! – Олег выпрямился в кресле. – Любимая игра!
– Жмурки? – Катя наморщила лоб. – Это как в детстве?
– Не совсем, детка, – Жанна хмыкнула. – Правила такие: водящий с завязанными глазами ловит остальных. И должен угадать, кого поймал по вкусу. Если мужчина – по вкусу хуя. Если женщина – по вкусу пизды.
Катя открыла рот от удивления:
– Ты... ты шутишь?
– Никаких шуток, – Жанна подошла к ней, держа в руках чёрную бархатную повязку. – Ты будешь водящей. Поймаешь кого-нибудь – лижешь или сосёшь – и угадываешь. Угадаешь правильно – ты свободна. Ошибёшься – продолжаешь. Кстати, Миша не участвует, – отрезала Жанна. – У него хуй в клетке, ты сразу его угадаешь – это нечестно.
Миша сглотнул. Он подошёл к стене, прислонился к ней плечом. Металл пояса холодил кожу.
Жанна надела повязку на глаза Кати, завязала сзади.
– Готова?
– Д-да... – голос Кати дрожал.
– Раз, два, три...
Компания рассыпалась по гостиной. Кто-то отошёл к бару, кто-то встал у панорамных окон, кто-то остался на диване. Тишина наполнилась приглушённым хихиканьем и шорохом одежды.
Катя сделала шаг вперёд, вытянув перед собой руки. Она шла медленно, нащупывая воздух. Её платье покачивалось при каждом шаге, оголяя бёдра.
– Тихо! – шепнула Жанна. – Пусть ищет.
Катя сделала ещё несколько шагов. Её пальцы наткнулись на чьё-то плечо. Она схватила его, притянула к себе.
– Поймала!
Олег стоял перед ней, его тело напряглось, глаза заблестели.
– Угадывай! – крикнул Борис с дивана.
Катя опустилась на колени. Её руки нашли ремень на брюках Олега, нащупали молнию. Она расстегнула ее, освободила член – уже наполовину твёрдый.
Её губы сомкнулись вокруг головки. Олег шумно выдохнул, его пальцы легли на затылок Кати. Она двигала головой, её язык скользил по стволу, дегустируя кожу, специфический вкус мужской плоти.
– Ну? – Жанна наклонилась вперёд. – Кто это?
Катя выпустила член изо рта, её губы блестели от слюны.
– Олег? – неуверенно спросила она.
– Неправильно! – Олег расхохотался, застёгивая брюки. – Это Дмитрий!
– Что? – Катя сорвала повязку с глаз и уставилась на Дмитрия, стоявшего в двух метрах от неё с совершенно невозмутимым лицом. – Но я же...
– Олег стоял справа, а ты поймала меня, – Дмитрий поправил свои волосы. – Продолжаем.
– Она ошиблась! – Жанна подняла бокал. – Игра продолжается!
Катя понимала, что компания дурачит её, думая, что она совсем пьяная. Конечно, она была пьяной, но не настолько, чтобы не понимать, что происходит. Но Катю это даже забавляло, она решила подыграть, делая вид, что поверила им.
Катя снова надела повязку. Её руки дрожали, но на губах играла улыбка. Она сделала несколько шагов, и её пальцы наткнулись на мягкую ткань платья. Женщина. Катя задрала подол, её пальцы скользнули по гладким бёдрам, нашли край трусиков. Она стянула их вниз, и её лицо оказалось на уровне обнажённой киски – выбритой, с тонкой полоской волосков. Её язык дотронулся до складок. Вкус – солёный, с лёгкой горчинкой пота. Катя лизнула глубже, её язык нашёл клитор, и женщина перед ней охнула.
– Ммм... – Катя работала языком, её губы прижимались к влажной плоти. – Это...
– Ну? Кто? – голос Семёна.
Катя отстранилась, облизывая губы.
– Ирина?
– Нет! – Ирина хохотнула откуда-то слева. – Это Настя!
Катя снова ошиблась. Повязка осталась на месте.
Она поймала следующего через несколько минут. Его член был толстым, с крупной головкой, и Катя взяла его глубоко, почти до самого горла. Её язык обводил вену, губы сжимались вокруг ствола.
– Борис? – выдохнула она.
– Опять мимо! – Борис хохотнул с дивана. – Это Семён!
– Как?! – Катя сдёрнула повязку, глядя на Семёна, который застёгивал брюки с самодовольной ухмылкой.
– У него другой вкус. – Жанна подмигнула, – Продолжаем!
Миша стоял у стены, наблюдая. Его член томился в металлической клетке, и каждое движение Кати, каждый раз, когда её губы смыкались на чужой плоти, заставляли металл давить сильнее. Он видел, как его жена стоит на коленях перед другими мужчинами и женщинами, как её язык скользит по чужим членам и кискам, и тёмная волна возбуждения накатывала на него.
Катя поймала женщину. Выбритый лобок, ярко выраженный клитор – Катя лизала её жадно, глубоко, и Жанна стонала, запуская пальцы в Катины волосы.
– Ох, хорошая девочка... – Жанна тяжело дышала. – Угадывай!
– Это Жанна! – уверенно сказала Катя.
– Неправильно! – Жанна рассмеялась. – Это Алла!
– Что?! – Катя сдёрнула повязку и уставилась на Аллу, которая стояла перед ней, поправляя платье с совершенно бесстрастным лицом. А рядом стояла Жанна, держала Катю за волосы и хохотала.
– Моя пизда не такая, как у Жанны, – Алла пожала плечами, словно речь шла о погоде. – Продолжай.

Игра продолжалась. Катя ловила участников одного за другим, лизала и сосала, но каждый раз называла неправильное имя. То ли алкоголь мешал ей сосредоточиться, то ли она делала это специально – продлевая игру, наслаждаясь своей ролью.
Она взяла в рот член Дмитрия – длинный, прямой, с едва заметным изгибом. Лизала головку, водила языком по уздечке, ощущая, как он наливается твёрдостью.
– Олег? – прошептала она.
– Дмитрий, – ровно ответил тот.
Она прильнула губами к пизде Ирины – влажной, горячей, с выраженными половыми губами. Её язык нырял внутрь, лизал стенки, играл с клитором.
– Настя?
– Ирина! – раздался смех.
– Она делает это специально! – Олег указал на Катю. – Ей нравится!
– Пусть играет! – Жанна махнула рукой. – Чем дольше не угадает, тем веселее!
Катя снова надела повязку. Её платье сбилось, грудь почти вываливалась из декольте, волосы растрепались.
Миша смотрел на неё, и его запертый член пульсировал в металлической клетке. Он видел, как чужие руки касаются его жены, как её рот принимает чужую плоть, и каждая клетка его тела кричала от желания и унижения.
Катя поймала мужчину. Его член – короткий, толстый, с мощным основанием – едва поместился в её рот. Она яростно сосала его, а язык работал с удвоенным усердием.
– Ммм... Борис? – она выпустила его, тяжело дыша.
– Нет, дорогая, – Борис покачал головой, застегивая ширинку. – Это был Виктор.
– Где Виктор-то?! – Катя сорвала повязку, оглядывая комнату. – Я его вообще не вижу.
– Да вон он стоит, – Жанна указала на молчаливого мужчину у бара, – Виктор, покажись!
Виктор поднял руку, не меняясь в лице.
– Продолжаем! – Жанна снова надела повязку на Катю. – Играем до победного!
Компания грохнула смехом. Олег расстегнул рубашку, его грудь блестела от пота. Борис допивал свой бокал, откинувшись на диване. Дмитрий стоял у окна, скрестив руки на груди, но в его глазах мелькал интерес.
Катя снова пошла вперёд, её руки шарили в воздухе. Она поймала чью-то руку, притянула к себе, нащупала ткань платья.
– Женщина... – прошептала она.
Её пальцы скользнули под подол, нашли трусики – или их отсутствие. Её лицо уткнулось в пах, и её язык дотронулся до гладкой, выбритой плоти. Вкус был другим – более пряным, более интенсивным.
Катя лизала, её язык работал умело, и женщина перед ней начала постанывать. Её бёдра качались навстречу Катиным губам.
– Ох... да... вот так...
– Жанна? – выдохнула Катя.
– Неправильно! – хор голосов.
– Настя?
– Нет!
– Ирина?
– Снова мимо!
Катя продолжила лизать. Её язык проникал глубже, её губы прижимались к влажной плоти. Женщина перед ней дрожала, её дыхание учащалось.
– Я сейчас... – простонала женщина.
– Угадывай! – скомандовала Жанна.
Катя отстранилась, облизывая губы. Её подбородок блестел от влаги.
– Алла? – неуверенно спросила она.
– Правильно! – Алла кивнула, её лицо оставалось бесстрастным, но её дыхание было тяжёлым. – Наконец-то.
– Она угадала! – Жанна подняла бокал. – Но... это же только одна из многих! Продолжаем!
– Нет! – Катя сорвала повязку и рассмеялась. – Я угадала!
– Один раз всего угадала, а сколько ошиблась? – Олег почесал затылок. – Пять? Шесть?
– Восемь, – уточнил Дмитрий.
– Восемь! – Олег захохотал. – Катюша, ты ужасная угадайщица!
– Зато я старательная! – Катя рассмеялась, её грудь вздрагивала под сбившимся платьем.
Миша смотрел на неё – раскрасневшуюся, веселую, с блестящим от чужих соков подбородком – и чувствовал, как металлическая клетка давит на его член.
Жанна разлила ещё вина. Бокалы снова поднялись.
– За Катю! – провозгласила Жанна. – Самую упорную угадайщицу в нашей компании!
– За Катю! – хором повторила компания.
Катя чокнулась со всеми, её глаза встретились с глазами Миши. В её взгляде читалось что-то новое – дерзость, свобода, вызов.
Миша поднял свой бокал дрожащей рукой. Металл пояса холодил кожу, и он знал, что этот вечер только начинается.
– Ну что, ребята, – сказала Жанна заговорщицким тоном. – Разогрелись вы неплохо. Но мне кажется, мы можем поднять градус веселья еще выше. Она хищно улыбнулась, обводя взглядом присутствующих. – Я предлагаю новую игру. Классика, но с нашим фирменным соусом – «Правда или действие».
Олег, сидевший на краю дивана с разведенными в стороны ногами, усмехнулся:
– Правда или действие? Это для школьников, Жанночка, – протянул он с ноткой разочарования.

– Для школьников – это когда спрашивают, в кого ты влюблен, – отрезала Жанна. Она выплеснула остаток вина себе в бокал и залпом выпила, не вытирая мокрых губ. – А у нас правила другие. Тот, кто выпадает, выбирает: «правда» или «действие». Но если выбираешь «действие», то ты не делаешь его сам. Ты даешь задание. И задание это должно быть связано либо с нашей красоткой Катей, либо с ее мужем Мишуткой. Она кивнула в сторону Кати, а затем указала пухлым пальцем с маникюром, покрытым красным лаком, на Мишу.
– Звучит... интригующе, – пробормотал Борис, кряхтя и меняя позу. Его полное лицо раскраснелось еще сильнее. – Давайте, давайте! Я люблю такие игры!
– Правила просты, – продолжила Жанна, наслаждаясь вниманием толпы. – Задания для Кати должны быть откровенными, сексуальными. Мы хотим видеть её в деле, верно? А вот задания для Миши... – она хихикнула, прикрыв рот рукой. – Задания для Миши должны быть унизительными. Согласны?
– Согласны! – подхватила Настя, сидевшая рядом с Борисом. Она хищно посмотрела на Мишу. – Пусть покажет, на что способен.
– Тогда начнем, – объявила Жанна. Она повернулась к столу, на котором стояла пустая бутылка коньяка, и опустила её на плоскую поверхность. – Кто первый крутит?

– Я, – сказал Семён. Он не стал ждать. Схватил бутылку и резко провернул её.
Стекло скользило по полированной поверхности стола, издавая противный скрежет. Бутылка замедлилась, пошла по кругу и наконец остановилась. Горлышко смотрело ровно на Дмитрия.
Дмитрий, сидевший с прямой спиной, словно на совещании, нахмурился. Он поправил пробор на голове и взглянул на Жанну.

– Ваш ход, строгий мужчина, – сказала Жанна. – Правда или действие?
Дмитрий помолчал, глядя на Катю, которая всё ещё стояла посреди комнаты, слегка покачиваясь. Её щеки горели, глаза были затуманены, но в них читалось нечто большее, чем просто опьянение. Там было предвкушение.
– Действие, – сухо произнес Дмитрий.
– Отлично! – хлопнула в ладоши Жанна. – Командуй. Кому и что делать?
Дмитрий перевел взгляд на Катю. Он медленно, с головы до ног, окинул её взглядом, задержавшись на изгибе её бедер и на полураскрытом рте.
– Катя, – произнес он спокойно. – Подойди ко мне. Она послушно сделала шаг вперед, её каблуки глухо застучали по паркету. – Сними лифчик. Но не просто сними. Сделай это медленно.
Комментарии полетели со всех сторон.
– О, с таким строгим видом говорить о сиськах может только Дмитрий! – засмеялась Алла. Она сидела в кресле и наблюдала за сценой с профессиональным интересом.
– Это не задание, это просто раздевание, – проворчал Олег, но глаза его не отрывались от Кати.
Катя стояла перед Дмитрием. Она медленно потянула молнию на своем платье. Ткань послушно сползла вниз, обнажив её плечи. Она потянулась к застежке лифчика.
Миша смотрел на свою жену, которая раздевается у всех на виду. Он видел, как Дмитрий смотрит на неё – с холодным, оценивающим взглядом собственника. Это было невыносимо возбуждающе. Член в металлической клетке попытался встать, но жесткие прутья не дали ему развернуться. Боль и удовольствие смешались.
Катя расстегнула крючок и медленно сняла с себя лифчик, освобождая упругие груди. Её темно-розовые соски были напряжены. Она отбросила бюстгальтер на диван и выпрямилась, поправляя волосы.
– Нравится? – спросила она, и её голос прозвучал неожиданно низко и чувственно.
Дмитрий кивнул, не меняя выражения лица.
– Очень даже, – сказал он. – Теперь возвращайся на место и жди следующего раунда.
– Эй, да ты просто наслаждаешься зрелищем! – закричал Борис, поднимая бокал. – Но это ничего, мне тоже нравится!
– Крутите дальше, – скомандовала Жанна.
Семён провернул бутылку. На этот раз она указала на саму Жанну.
– О, моя очередь! – воскликнула она. – Конечно, действие!
Она облизнула пухлые губы, блестящие от помады. Её взгляд метался между Катей и Мишей.
– Я думаю, Мише сейчас скучно просто так на всё глазеть, – сказала она ласково, но с издевкой. – Он, наверняка, тоже хочет поучаствовать. Она повернулась к Мише. – Мишенька, поди сюда.
Миша сделал неуверенный шаг вперед.
– Встань на колени, – приказала Жанна.
Миша послушно опустился на колени, его лицо оказалось на уровне пояса сидящих мужчин и женщин.

– А теперь, – продолжила Жанна, – я хочу, чтобы ты не четвереньках пополз к Семену и попросил разрешения поцеловать его ботинок.
В комнате раздался хохот и аплодисменты.
– Да это же классика! – ржал Борис, ударяя себя по бедру.
– Молодец, Жанна, не жалеешь мужика, – добавила Настя.
Миша почувствовал, как кровь прилила к его лицу. Стыд обжигал его изнутри, но в то же время он чувствовал странное, пьянящее возбуждение. Нужно только подчиниться. Он опустился на четвереньки и пополз к ногам Семена. Летние туфли Семена были из светлой замши. Миша замер, глядя на них.

– Ну же, Мишаня, —Семен выставил ногу вперед. – Проси.
– Пожалуйста, Семён, – прошептал Миша, его голос дрожал. – Разреши мне... поцеловать твой ботинок.
– Громче! – крикнула Жанна. – И добавь, что ты грязная шлюшка!
– Я... я грязная шлюшка, – с трудом выдавил Миша, – Я хочу поцеловать твой ботинок. Пожалуйста.
– Ха-ха! – захлопал в ладоши Семен. – Ладно, целуй. Не промахнись.
Миша наклонился и прижался губами к замше. Лёгкий запах ног ударил ему в нос. Он поцеловал туфлю раз, другой, чувствуя, как унижение проникает в каждую клеточку его тела, разжигая невидимый огонь в паху. Металлическая клетка пульсировала, сдавливая набухший член.
– Достаточно, – отмахнулся Семен, легонько пнув его носком туфли в плечо. – Засчитано, отползай.
Миша отполз назад. Он слышал, как компания обсуждает его действия, смеется и подшучивает. Он чувствовал себя вещью, игрушкой для развлечения, и это было именно то, чего он, оказывается, жаждал.
– Следующий, – объявила Жанна. – Кто крутит?
– Давайте я, – сказала Алла. Она провернула бутылку. На этот раз стрелка остановилась на Насте.
Настя, жена Бориса, заерзала на месте.
– Ой, а я не умею придумывать, – засмеялась она. – Но давайте попробуем. Действие, конечно!
– Задавай задачу, – подбодрила её Жанна. – Не стесняйся!
Настя посмотрела на Катю, которая стояла посреди комнаты.
– Катя, дорогая, – начала Настя. – Ты такая красивая. И Мише, наверное, очень хочется тебя. Но он не может. – она кивнула на пояс целомудрия. – Поэтому я хочу, чтобы ты показала ему, что он потерял. Сядь на кресло, раздвинь ноги как можно шире... и покажи нам, как ты ласкаешь себя.
В комнате повисла тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием.
– Ого, – выдохнул Борис. – Настя, ну ты даешь!
– А что? – отмахнулась та. – Я хочу посмотреть!
Катя почувствовала, как по её телу пробегает электрический разряд. Она подошла к креслу, на котором только что сидела Алла, и медленно опустилась в него. Она закинула ноги на подлокотники, широко раздвинув бедра. Её платье скомкалось на талии, обнажая стринги.
Она медленно провела рукой по внутренней поверхности бедра, чувствуя, как под пальцами пульсирует кровь. Миша смотрел на неё. Она видела его краем глаза – его лицо было искажено смесью унижения и желания. Это зрелище подогревало её еще сильнее.
Катя оттянула ткань трусиков в сторону, обнажая свою влажные, розовые губки. Она провела по ним пальцем, собирая влагу, и затем медленно ввела средний палец внутрь, издав тихий стон.
– Да, – шептала она, закрывая глаза. – Так хорошо…
Она начала двигать пальцем, ритмично погружая его в себя и извлекая обратно. Её другая рука нашла клитор и начала круговые движения. С каждым движением её дыхание учащалось, становясь прерывистым и громким.
– Смотрите, как она мокрая, – прокомментировал Олег, наклонившись ближе.
– Миша, ты видишь? – спросила Жанна, поворачивая голову к мужу. – Твоя жена кончает, без твоей помощи.
Миша кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он смотрел, как пальцы Кати скользят по киске, как её тело извивается в наслаждении.
Катя ускорила темп. Её брови сошлись на переносице, губы приоткрылись. Она издала громкий, срывающийся крик, и её тело напряглось. Она кончила у всех на виду.
– Браво! – закричал Борис, хлопая в ладоши. – Браво! Это было великолепно!
Катя медленно открыла глаза. Она вытащила пальцы из себя и, глядя прямо в глаза Мише, поднесла их ко рту и слизнула собственные соки.
Миша застонал, чувствуя, как член упирается в металлические прутья. Боль была почти невыносимой, но она только подливала масла в огонь.
– Кто следующий? – спросила Жанна, не давая компании прийти в себя. – Крутите, крутите!
Бутылку провернул Олег. Она остановилась на Викторе.
Виктор оживился:
– Действие, – решил он. – И я хочу задание для Миши.
Все взгляды обратились к Мише.
– Миша, – произнес Виктор, поднимаясь с кресла. – Ты видел, как твоя жена кончила. Теперь я хочу, чтобы ты почувствовал её вкус. Но не так, как ты привык.
Он указал на пол перед собой:
– Ляг на спину.
Миша медленно опустился спиной на пол.
– А теперь, – продолжил Виктор, – Катя, подойди сюда.
Катя подошла к мужу.
– Сядь на его лицо и не давай ему дышать. – сказал Виктор. —Трись о его нос, о его рот, чтобы он задохнулся под твоей пиздой.
Катя медленно опустилась, плотно прижимая свою мокрую киску к носу и губам мужа.
Миша почувствовал, как влажная, горячая плоть накрыла его лицо. Запах возбуждения жены был густым и сладким. Он ласкал жену языком и пытался дышать, но Катя плотно прижалась к нему, отрезая доступ воздуха. Он мог лишь втягивать воздух через её плоть, задыхаясь и наслаждаясь одновременно.
– Поелозь на нём, Катя, потрись! – подбадривала её Жанна.
Катя начала двигать бедрами. Её плоть скользила по носу мужа, по его губам. Она наслаждалась от его ласк языком, чувствовала, как Мишины ноздри расширяются, пытаясь захватить воздух, и это возбуждало её еще сильнее.
– Посмотрите на него, – смеялся Олег. – Лицом в пизде, а хуй в клетке!
– Это его место, – согласилась Алла. – Там ему хорошо.
Миша задыхался. Его легкие просили кислорода, но он не хотел, чтобы Катя уходила. Он хотел раствориться в ней, стать частью её плоти. Его язык был в жене настолько глубоко, насколько это возможно, но он хотел всунуть его ещё глубже.
Катя застонала, запрокинув голову назад. Она схватила Мишу за волосы, прижимая к себе его лицо еще сильнее.
– Да, Миша, да, – шептала она. – Лижи, еби меня своим языком...
Виктор стоял рядом и наблюдал, массируя свой пах через брюки.
Катя продолжала кататься на лице мужа всё быстрее и быстрее. Её второй оргазм был близок. Она зажмурилась, её пальцы впились в кожу головы Миши:
– Я сейчас... я сейчас! – вскрикнула она.
Она с силой прижалась к его лицу, её тело сотряслось в конвульсиях оргазма. Потоки её соков обильно залили лицо Миши, попадая ему в рот, в нос...
Катя медленно слезла с его лица. Миша лежал, тяжело дыша, его лицо было блестящим от её соков.
– Ничего себе зрелище, – выдохнул Семен. – Стоило того, чтобы посмотреть.
– Думаю, Мише нужно немного передохнуть, – сказала Жанна, поглаживая его волосы ногой. – Но мы ещё не закончили. Кто еще хочет крутить?
– Я! – приподнялся Борис.
Он провернул бутылку. На этот раз выпала Ирина.
Ирина улыбнулась:
– Действие, – сказала она сразу же. – И я хочу, чтобы Катя сделала что-то для Олега.
Олег тут же оживился.
– Для меня? – переспросил он. – Как мило.
– Да, – продолжила Ирина. – Олег, сними брюки. Олег без раздумий расстегнул ремень и спустил джинсы вместе с трусами. Его член стоял колом. – Катя, подойди. И сделай ему минет. Глубокий. И не останавливайся, пока он не кончит в твой рот. А потом... она посмотрела на Мишу. – Потом подойди к своему мужу и поцелуй его, передав ему в рот сперму Олега
Миша почувствовал, как мурашки пробежали по его спине – унижения не знали границ.
Катя подошла к Олегу и опустилась перед ним на колени. Она взяла его член в руку и начала медленно дрочить, глядя ему в глаза. Затем она взяла его рот, постепенно заглатывая целиком.
Олег застонал, откинув голову назад.
– О, да, – прохрипел он. – Ты хорошо умеешь сосать, шлюшка.
Катя ритмично двигала головой. Её губы плотно обхватили ствол, язык ласкал головку. Она издавала влажные, чмокающие звуки, которые разносились по тихой комнате.
Миша смотрел на это. Он видел, как член другого мужчины входит и выходит в рот его жены. Он видел, как она старается, как наслаждается процессом. Он видел такое и раньше, до этого отдыха, но тогда они были втроем – Катя, её любовник и он – а сейчас за женой наблюдала толпа зрителей.
Компания не отрывала глаз. Борис подбадривал их аплодисментами, Жанна давала советы по технике:
– Глубже, Катя, глубже! – кричала Жанна. – Заглотни его!
Олег начал дышать часто и прерывисто. Он схватил Катю за волосы и начал двигать её головой быстрее, насаживая рот на свой член.
– Я сейчас кончу, – прохрипел он. – Я кончу!
Он с силой прижал её голову к себе, и его тело напряглось. Миша видел, как щёки жены раздулись, когда Олег наполнил её рот своей спермой.
Олег замер, а затем медленно отпустил волосы Кати. Она отринула назад, её рот был полон.
– А теперь, – напомнила Ирина. – Поцелуй мужа.
Катя повернулась к Мише, который опустился на колени рядом с ней. Миша смотрел в глаза жены, полные похоти.
– Поцелуй меня, – прошептал он.
Катя наклонилась и прижалась своими губами к его губам. Миша почувствовал солоноватый вкус чужой спермы. Их языки переплелись в вязком поцелуе, и Катя передала ему содержимое своего рта.
Компания разразилась овациями.
– Это было великолепно! – кричала Жанна. – Вы идеальная пара!
Миша принял и проглотил сперму Олега, чувствуя отвращение и возбуждение одновременно. Он чувствовал, как густая солоноватая жидкость медленно стекает в его желудок.

ЧАСТЬ 3
Жанна с раскрасневшимся от возбуждения и алкоголя лицом допила остаток вина в бокале и уже открыла рот, чтобы предложить новый виток игры, но её опередила Настя:
– Слушайте, – голос Насти прозвучал хрипло, – Зачем нам тратить время на мелкие задания? Мы же видим, чего все хотят. Я предлагаю перейти к главному блюду, – продолжила она, обводя взглядом присутствующих мужчин, – Пусть Катя станет настоящей королевой сегодняшнего бала, и все наши ребята трахнут её по очереди. А Миша пусть лижет жене пизду, пока её ебут.
Миша поднял глаза на жену. Катя стояла, слегка покачиваясь. Её глаза, расширенные от возбуждения, встретились с его взглядом. В них не было страха, только темная, пугающая бездна желания.
– Ахренительно! – выдохнул Борис, кряхтя вставая с кресла. Он поправил рубашку, которая натянулась на его животе. – Это то, что надо! Настя, ты всегда придумываешь лучшие штуки.

Семен усмехнулся и потянулся к ширинке своих брюк. – Я только за. Тем более, если у нас будет такой внимательный... обслуживающий персонал снизу.
Жанна хлопнула в ладоши, заставляя золотые браслеты звенеть:
– Превосходно! Именно то, что нужно для полного кайфа! Ну что, Миша, ты готов стать подстилкой для жены?
Миша хотел что-то сказать, но, чувствуя, как земля уходит из-под ног, он просто кивнул. Унижение, предложенное Настей, было абсолютным. Он будет лежать внизу, лицом к гениталиям жены, пока другие мужчины будут трахать её, вливать в неё свою сперму, а ему придется её лизать, наблюдая всё это в непосредственной близости – его глаза будут прямо около пизды.
– Тогда давайте начинать! – скомандовала Жанна.
Она указала на центр гостиной, где между диванами и столом было свободное пространство. Семён и Пётр решительно сдвинули стол в сторону, чтобы освободить место для зрителей.
– Ползи сюда, Мишаня, – приказала Жанна.
Миша неуклюже переместился в центр комнаты. Каждый шаг отдавался болью в промежности – стальное кольцо сжимало яички, а возбуждение делало эту пытку невыносимой. Он опустился на спину на ковровое покрытие. Потолок с лепниной и люстрой качнулся перед его глазами.
– Теперь ты, Катя, – Настя подошла к девушке и взяла её за руку, помогая присесть над мужем. – Встань не четвереньки, чтобы пизда была над лицом мужа.
Катя шагнула над телом мужа. Миша увидел её бёдра, её влажную, припухшую от возбуждения киску. Она медленно опустилась. Миша зажмурился, чувствуя, как жар её тела приближается к его лицу. Когда её влажные губы коснулись его рта, он невольно вздрогнул.
– А это, чтобы удобнее было лизать, – Жанна подсунула под затылок Миши подушку.
– Открой рот и лижи, – услышал он голос Насти сверху.
Миша высунул язык. Он коснулся клитора жены, Катя издала тихий стон.
– Ну что, ребятки, кто первый? – раздался голос Жанны. – Семён, вижу ты готов, давай.
Миша слышал, как Семен подошел, как расстегнулась его ширинка, как упали брюки. Он почувствовал, как тело Кати немного сдвинулось, когда Семен встал между её ног, упираясь коленями в ковер с обеих сторон от головы Миши.
– Открывай пизду пошире, сладкая, – весело сказал Семен.
Миша почувствовал, как головка члена Семена, горячая и твердая, коснулась его лба, скользнув к входу в Катю. Катя ахнула, когда Семен резко вошел в неё. Толчок был таким сильным, что её таз вдавился в лицо Миши. Его нос вдавился в её промежность, заставляя задыхаться от её запаха и вкуса. Язык продолжал работать, на ощупь находя клитор, который теперь вибрировал от каждого удара Семена.
– Да-а-а, – простонала Катя, запрокидывая голову. – Так хорошо...
Семён резкими движениями трахал Катю, его яйца били по лицу Миши с каждым толчком. Миша чувствовал, как волосы Семёна на яйцах щекочут его лицо. Его член был настолько близко, прямо перед глазами, что он как под микроскопом рассматривал, как его хуй растягивает пизду, двигаясь в ней туда-обратно.
– Лижи её, – рычал Семен, не замедляя темпа. – Лижи, пока я её ебу.
Миша послушно лизал. Он чувствовал вкус соков жены и запах члена.
– Смотри, как Катюше нравится, – услышал он голос Насти, который звучал откуда-то со стороны. – Она такая блядёшечка, конечно.
– Да, шлюшка что надо, – согласилась Жанна, – Как и мы в ее годы! – и громко рассмеялась.
Семен ускорялся. Его дыхание становилось тяжелее. – Я сейчас кончу, – прохрипел он. – Я кончу в неё, а ты, Миша, лижи.
С последним, глубоким толчком Семен зарычал и замер. Миша почувствовал, как мышцы Кати сжались вокруг его хуя, как её тело напряглось в спазме оргазма. Она закричала, сжимая бедрами голову мужа. В этот же момент Миша почувствовал, как пульсирует член Семена, находясь внутри жены, прямо над его лицом. Он знал, что сейчас струи горячей спермы наполняют её.
Семен выдохнул и медленно отодвинулся. Его член с чавкающим звуком выскользнул из Кати на лицо Миши. Миша почувствовал, как поток белой жидкости начал струиться вниз, прямо на его лицо, на нос, в рот.
– О, смотри, – засмеялась Алла, – Мишеньку сейчас затопит спермой.
Миша моргал, пытаясь стряхнуть липкую жидкость, но Катя всё ещё сидела на нём, не давая пошевелиться. Он чувствовал вкус спермы Семена, который смешался со вкусом соков Кати.
– Кто следующий? – спросила Жанна, и в её голосе звучала хозяйственная нотка. – Борис, твоя очередь! Не стесняйся – девочка горячая, уже готова.
Борис кряхтел, подходя к ним. Его шаги были тяжелыми:
– Надеюсь, я не раздавлю тут муженька, – пробурчал он добродушно.
– Не волнуйся за Мишутку, – отмахнулась Жанна. – Он прочный, как сталь на его хуе! – все захохотали.
Борис занял освободившееся место Семена. Миша почувствовал, как новый, более тяжелый и грузный член коснулся его щеки, прежде чем найти вход в Катю. Борис не был таким резким, как Семен, он действовал методично, с нажимом.
– Давай, дорогая, – простонал Борис, входя в неё. – Тише, тише... ох, какая же она узенькая…
Миша облизывал всё, до чего доставал его язык – нижние губы, яйца, член, опять нижние губы... Катя начала двигаться в такт движениям Бориса, скользя своей киской по лицу мужа.
Живот Бориса нависал над лбом Миши. Запах пота и мужского возбуждения усилился:
– Облизывай мой хуй, Мишутка, – бормотал Борис. – Так приятнее ебать твою жену.

– Да, Миша, поласкай его хуй своим языком, – подбадривала Настя, с интересом наблюдавшая за процессом, – Видишь, как Боре это нравится.
– Миша-то не только знатный пиздолиз, но и четкий хуесос! – грубо пошутила Жанна и все захохотали.
Миша усилил давление языком, массируя им член Бориса. Он чувствовал, как ствол члена скользит по его языку, входя в киску и выходя из неё. Это были невероятные ощущения.
– О, да! – закричала Катя. – Еще, еще!
Она начала кончать снова. Её тело содрогалось – она сжала бедра, снова прижимая к полу голову мужа, лишая его воздуха. Миша задыхался, вдыхая её запах, вкус, чувствуя, как её соки заливают его лицо.
Борис, тяжело дыша, тоже приблизился к пику. Он схватил Катю за попку и натянул её на себя, глубоко насаживая на свой член.
– Бляяя! – рявкнул он.
Миша почувствовал, как новый фонтан спермы брызнул внутри жены. Борис замер, наслаждаясь моментом, затем медленно отодвинулся.
– Катенька, какая у тебя сладкая пизденка, – похвалил он, отступая и вытирая пот со лба. – И твой язык, Миша… – запнулся Борис, – Короче, ты тоже молодец!
– Ой, Боря, какой же ты скромняга, – Жанна усмехнулась по-доброму, – Сказал бы прямо, Миша – ты отличный хуесос!
– Да ладно, он же не гей какой-нибудь, – отмахнулся Борис.
– Конечно, не гей, – согласилась Жанна, – Просто хорошо умеет облизывать хуй, молодец!
Все рассмеялись очередной шутке про Мишу.

Катя была наполнена спермой до краев. Когда Борис отошел, смесь жидкостей хлынула из неё потоком, прямо на лицо Миши. Это было похоже на горячий, соленый дождь. Миша открывал рот, стараясь поймать как можно больше, чувствуя себя самым униженным существом на земле, испытывая пик извращенного наслаждения.
– Идем дальше, – сказала Жанна. – Дмитрий, ты еще Катеньку не ебал. Побалуй девочку хуем!

Дмитрий, который большую часть времени молчал, теперь шагнул вперёд. Он был спокойным. Четкими движениями снял брюки, и его член, уже готовый к бою, возник перед глазами Миши. Дмитрий, не сказав ни слова, просто взял Катю за бедра и резко вошел в неё.
Дмитрий был другим. Его движения были точными, расчетливыми. Он не издавал звуков, только ритмично и жестко входил в Катю, каждый раз заставляя её тело дрожать.
– Да, да, – шептала Катя, её голос стал хриплым. – Трахай меня… Еще, еще…
Миша, покрытый чужой спермой и соками жены, продолжал работать языком. Его лицо ныло от трения, челюсти сводило, но он не останавливался. Он был частью машины наслаждения, механизмом, предназначенным для дополнительной стимуляции жены и её мужчин.
– Посмотрите на него, – заметила Алла, указывая на Мишу. – Он лижет с таким наслаждением.
– Да, лижет отлично… – задумчиво произнесла Жанна. – Мне вот тоже захотелось расслабиться.
Жанна подвинула кресло к голове Кати, спустила с себя трусики и села в кресло, широко расставив ноги так, что ее нижние губы оказались прямо перед лицом жены Миши:
– Давай, Катенька, полижи мне, – Жанна взяла ее голову за затылок и прижала к своей промежности, – Хочу почувствовать твой язычок. Да, вот так, глубже его вставь… Ох, как сладко… Ты знаешь, как надо... Ох, сука, да!
Дмитрий ускорился. Он схватил Катю за плечи и начал долбить её с яростью, которая никак не вязалась с его суровым, каменным лицом. Кресло, на котором сидела Жанна, зашаталось под этими толчками.
– Да-да-да! – кричала Жанна, подставляя свою киску под удары языка Кати, сжимая её голову бёдрами. – Так, так! Я сейчас кончу!
Её тело напряглось, толстые бедра сдавили голову Кати, словно тиски. Жанна издала протяжный, трубный стон, и её тело задрожало в оргазме. Из её уретры брызнула струя жидкости, обдав лицо Кати.
– Ах, блядь! – выдохнула Жанна, её лицо было красным, как помидор. – Катенька, это было великолепно. Девочки, вы должны попробовать Катюшу, у неё просто волшебный язычок!
Алла, которая до этого с интересом наблюдала за происходящим, встала и подошла к креслу. Её короткая стрижка была аккуратной, в отличие от растрепанных волос других женщин.
– Почему бы и нет? – сказала она спокойно, с ноткой превосходства. – Мне очень интересно, что за волшебный язычок у Кати.
Алла сняла трусики, села в кресло, которое освободила Жанна, развела ноги и указала пальцем на свою розовую, аккуратную киску, как у юной девушки.
– Катя, – сказала она тихо, но властно. – Покажи мне, как ты умеешь. Может, я у тебя научусь чему-нибудь новому.
В это время Дмитрий с громким хрипом кончил, наполняя Катю очередной порцией спермы. Спустя несколько секунд он вытащил свой член, и Миша снова оказался под душем из спермы и соков жены. Он без устали слизывал всё, что вытекало из киски, заодно почистил член Дмитрия языком, когда тот медленно сползал с Кати.
Катя, чувствуя, как минутная пустота внутри неё заполняется языком мужа, подалась к Алле. Она начала лизать её с той же страстью, что и Жанну, хотя Алла вела себя гораздо сдержаннее. Алла закинула голову назад и тихо застонала, её пальцы запутались в волосах Кати, направляя её движения.

– Ну что, Пётр, – Ирина легонько пнула каблуком сидящего на полу мужа. – Я же вижу, что тебе тоже хочется Катю. Иди, поебись, пока я добрая.
Петр, который до этого сидел с бутылкой пива, с готовностью встал, подошел к Кате и внимательно посмотрел на ее попку:
– А дайте мне кто-нибудь анальную смазку, – он обратился ко всем сразу, – Хочу распечатать задний вход красавицы.
– Отличная идея, Петя! – улыбнулась Жанна и протянула ему тюбик с анальным гелем. – Раз уж Катенька шлюшка, то все дырочки должны быть рабочими!
Петр щедро смазал гелем анус Кати, ввел в нее свой палец, потом второй:
– Да у Кати все неплохо разработано! – воскликнул Петр, – Что, Миш, твоя жена ебется в попу? Я не первый что ли?
– Не первый, – промычал Миша снизу.
– Вот, блин, – вздохнул Петр, – А я хотел удивить девочку. Ну да ладно, может оно и к лучшему, легче будет выебать, – теперь он обильно смазал гелем свой торчащий член.
Миша, лежа снизу, видел, как головка члена Петра плотно прижалась к анусу Кати. Катя вздрогнула, но не отстранилась, продолжая лизать Аллу.
– Поласкай Кате попку языком, – сказал Петр Мише, – Так ей будет приятнее.
Миша приподнял голову и начал облизывать анус жены. Он чувствовал, как под его языком расслабляется сфинктер, открываясь навстречу. Он проникал языком внутрь, расширяя отверстие. Видя, что Катя расслабилась, Петр аккуратно вдавил в нее свой член. Головка медленно проникла внутрь, растягивая кольцо.
– Хорошая попка, – пробормотал Петр, пыхтя от напряжения. – Податливая, но не раздолбанная, всё как я люблю.
Он начал входить глубже, фрикции раз за разом становились интенсивнее, грубее. Миша лежал снизу и видел, как анус жены растягивается, поглощая плоть Петра. Миша продолжал лизать анус и член, чувствуя специфический вкус и запах.
В этот момент Алла сладко застонала, вжимая голову Кати в свою промежность:
– Ох, какая же ты сладкая девочка, – Алла нежно гладила Катю по голове, – У тебя действительно волшебный язычок. Учти, я тебя еще захочу, попозже. – Алла удовлетворенно вздохнула и отошла к столу.
Как только кресло перед Катей освободилось, к нему подошла Настя. Она сняла свои трусики и села, расставив ноги:
– Я тоже хочу, – заявила она, выставив на показ свою гладкую, выбритую киску. – Полижи меня, девочка, как ты умеешь.
Катя, зажатая между Петром в попе и Настей, которой она делала куннилингус, – сладострастно отдавалась процессу.
Пётр начал трахать её в задницу со всей силой, его живот звенел при ударах об ее ягодицы. Его яйца со шлепками били по промежности Кати, прямо над лицом Миши.
– Лижи его яйца, Мишуня, – скомандовала Жанна, наблюдая за картиной. – Пете это понравится.
Миша послушно высунул язык и по нему ударили висящие яйца Петра. Они были тяжелыми и горячими. Миша облизывал их, чувствуя, как они бьются по его лицу, по носу, по щекам, оставляя влажный след.
– О, сука, – застонал Петр, замедляясь. – Он лижет мне яйца, пока я трахаю его жену в жопу. Это просто пиздец! Я сейчас кончу от одного этого!
Сцена превратилась в хаос тел и звуков. Петр долбил Катю в задницу, Миша лизал её киску и яйца Петра, а Настя вдавливала голову Кати себе в промежность, требуя более сильной стимуляции.
– Я сейчас кончу, – предупредил Петр, его движения стали резкими, короткими и судорожными.
– Кончай ей в попку! – крикнула Жанна, наслаждаясь зрелищем. – Залей Катюшу спермой!
Пётр с рёвом вошёл до упора, вжавшись в ягодицы Кати, и застыл. Миша видел, как основание его члена дёргается, выкачивая сперму внутрь Кати. Когда Петр с громким чавканьем вышел из ануса, на лицо Миши полилась грязноватая струя из спермы и анальных примесей. Миша открыл рот и начал ловить жидккость, проглатывая ее с извращенным наслаждением.
Настя в это время тоже кончила – очень бурно и громко, оттолкнув от себя голову Кати:
– Фух, кайф-то какой! – Настя наслаждалась моментом, – Катюша, ты просто – бомба!

Оргия продолжалась еще какое-то время, после чего все участники расслабились, медленно потягивали алкогольные напитки. Жанна посмотрела на Мишу:
– А теперь, Мишаня, ты должен поблагодарить каждого мужчину за то, что он сделал твоей жене приятно.
Миша с трудом приподнялся на локти. Слизь на его лице подсыхала, стягивая кожу.
– И как я должен это сделать? – спросил он хрипло.
– Подползи к каждому из них и поцелуй их хуи за то, что они отъебали твою жену, – просто сказала Жанна. – И скажи им спасибо.
Миша почувствовал, как внутри него что-то обрывается. Последние остатки его мужского достоинства (если они ещё остались после всего произошедшего) растворились в этом приказе. Но, к своему ужасу и стыду, он почувствовал, как его член снова дернулся в клетке.
Он пополз. Сначала к Олегу, который сидел, развалившись на диване. Олег смотрел на него сверху вниз. Миша приблизился к его полуспящему члену, всё еще пахнущему Катиными соками и спермой. Он наклонился и поцеловал головку.
– Спасибо, Олег, – прошептал он, глядя в пол.
– Неплохо, – усмехнулся Олег. – Ты хороший мальчик.
Затем Миша пополз к Борису и поцеловал его мягкий, но все еще внушительный член. – Спасибо, Борис.
– Пожалуйста, всегда пожалуйста, – буркнул Борис.
И так унизительно для себя Миша поблагодарил каждого из мужчин на глазах жены и всей компании.
– Отлично! – сказала Жанна. – Теперь ты настоящий член нашей компании, Миша. Полноценный!

Воздух в гостиной виллы был густым от пота, алкоголя, спермы, ароматов духов и сигаретного дыма. Жанна растянулась на диване:
– Ну что, мои любимые извращенцы, – произнесла она подуставшим голосом, – Пора бы и отдохнуть. Завтра нас ждёт ещё столько великих дел, что сил понадобится немерено.
Борис, лежавший на ковровом покрытии рядом с Настей, сладко вздохнул:
– Да уж, Жанна, – проговорил он, утирая пот со лба тыльной стороной руки, – Я не припомню, когда последний раз так весело проводил время.

Олег крутил между пальцев сигарету, не спеша её зажигать, как будто наслаждаясь самим процессом ожидания.
– Отдыхать так отдыхать, – он бросил взгляд на сидящую напротив Катю, ноги которой были слегка раздвинуты, обнажая чужим взорам влажную, покрасневшую плоть.
Глаза Жанны сузились, когда она перевела взгляд на Катю:
– Катенька, милая, – начала она, голосом, который звучал как предложение, от которого невозможно отказаться, – А ты же не собираешься нас покинуть? Ты же не уйдешь сейчас со своим мужем? Тебе с нами будет гораздо интереснее.
Катя медленно выпрямилась. Её пальцы скользнули по внутренней стороне бёдер, собирая липкие следы спермы, которые ещё не успели высохнуть. Она подняла руку к губам, облизала пальцы, не сводя глаз с Миши, и многозначительно улыбнулась:
– Не знаю, – сказала она, её голос был низким от возбуждения. – А ты как думаешь, Миша? Тебе без меня не будет одиноко в номере?
Миша почувствовал, как сжалось его горло. Его пальцы непроизвольно впились в собственные колени. Он понял, что жена играет с ним. Знал, что она хочет от него услышать. И самое ужасное – он сам этого хотел. Ему хотелось, чтобы она осталась здесь, с компанией, а его выпроводила в номер.
– Как ты решишь, – тихо произнёс он, – Я… я не хочу тебе мешать.
Олег фыркнул, наконец зажигая сигарету. Дым кольцами поплыл вверх, смешиваясь с тяжелым воздухом комнаты.
– Да он и не мешает, – сказал Олег о Мише в третьем лице, как будто его не было рядом. – Он просто сидит и смотрит, как послушная собачка. Ему, видно, нравится быть у жены на коротком поводке.
Борис захохотал, его живот трясся от смеха:
– Точно! – воскликнул он. – Как щенок, которого выгнали из будки, но он всё равно виляет хвостом, надеясь, что его пустят обратно!
Жанна усмехнулась, её глаза хищно блеснули. Она обвела взглядом комнату, как будто оценивая реакцию каждого.
– Ну так что, Катенька? – спросила она, её голос стал ещё мягче, почти ласковым. – Остаёшься с нами?
Катя медленно кивнула. Её пальцы скользнули по собственному телу. Она выглядела пьяной не столько от алкоголя, сколько от власти, которую сейчас ощущала над собственным мужем.
– Остаюсь, – её взгляд не отрывался от Миши. – Завтра ты придёшь сюда, к нам, Миша. И мы продолжим наш отдых.
Миша кивнул, его горло сдавило от смеси стыда и возбуждения. Он знал, что это значит. Завтра он снова будет сидеть в стороне, как бесполезный наблюдатель. Или ему даже не позволят смотреть. А может быть, отправят обратно в номер, как ненужную вещь, которую можно выбросить, когда она перестаёт быть полезной.
– Хороший мальчик, – сказала Жанна как учительница, хвалящая послушного ученика. Она обернулась к Алле, которая молча наблюдала за происходящим. – Алла, не пора ли освободить нашего Мишу от его… обруча верности? А то как он будет спать с этой железякой на хуе?
Алла медленно встала и подошла к Мише. Она достала из кармана маленький ключик. Её пальцы были холодными, когда она коснулась металлического девайса, который весь вечер стягивал Мишины яйца и член.
– Ну что ж, – сказала она, опускаясь перед ним на корточки, – Давай посмотрим, что у нас тут.
Миша задержал дыхание, когда ключ повернулся в замке. Металл ослаб, и пояс разомкнулся, освобождая его член, который сразу же дёрнулся, наполняясь кровью. Он встал – твёрдый, пульсирующий, багровый от прилива крови, головка уже блестела от предэякулята.
Олег свистнул, его тонкие губы растянулись в ухмылке:
– Ну надо же, – сказал он, усмехаясь. – Мишка-то возбужден, значит, ему всё было по кайфу!
– Да он от одного вида, как его жену трахают, возбудился! – воскликнул Борис, его голос дрожал от смеха. – Эх, молодёжь, всё у вас через жопу!
– Вот и хорошо, что через жопу, – прокомментировал Пётр, - И ещё через рот с пиздой! – все загоготали.
– Мишенька, да ты просто ненасытный, – издевательски сказала Жанна,– Надо же, какой красавец у тебя был спрятан под этой железкой.
Миша чувствовал, как его лицо горит от стыда. Его возбужденный член дёргался на глазах у всех, как будто демонстрируя его позор. Он хотел прикрыться, но это выглядело бы еще смешнее.
Алла медленно провела пальцем по его стволу, её прикосновение было лёгким, почти невесомым, но от него по его телу пробежала дрожь. Она как будто ставила на нём эксперимент, который наконец дал ожидаемые ею результаты.
– Интересно, – произнесла она с интонацией врача, комментирующего симптомы пациента. – Ты так возбуждаешься от того, что твоя жена занимается сексом с другими. От того, что тебя унижают. От того, что тебе можно только лизать, сосать и смотреть.
Миша не ответил. Он не мог. Его горло сдавило, дыхание стало тяжёлым, как будто он только что пробежал марафон. Его член дёрнулся, когда Алла провела ногтем по головке, собирая каплю предэякулята.
– А знаешь, что для тебя сейчас было бы действительно унизительно? – продолжила Алла, её палец скользнул вниз, к основанию члена. – Если бы ты сейчас подрочил на свою жену. При всех. Зная, что трахать её тебе нельзя. Зная, что её трахали другие. И что ты можешь только смотреть на неё и дрочить.

Миша задышал чаще, его член дёрнулся, как будто признавая верность её слов. Он знал, что это будет действительно унизительно, и именно поэтому он хотел этого. Очень сильно. Его рука сама потянулась к члену, пальцы обхватили его и начали двигаться. Его ладонь медленно скользила по коже.

– Давай, Миша, – прошептала Алла, её губы почти касались его уха. – Покажи всем, какой ты послушный. Покажи, как тебе нравится, что твоя жена – шлюха, а ты – её покорный муж, куколд, который может только дрочить и смотреть, как её трахают другие.
Миша не мог сопротивляться. Его рука двигалась быстрее, ладонь сжималась вокруг ствола. Он жадно смотрел на Катю, которая наблюдала за ним с полуулыбкой на губах и наслаждалась зрелищем:
– Вот так, милый, – сказала Катя, её голос был ласковым, как будто она разговаривала с ребёнком. – Дрочи на меня. Покажи всем, как ты меня любишь, как ты меня хочешь. Как тебе нравится видеть, что меня трахают другие.
Олег не выдержал. Он встал и подошёл к Кате. Не церемонясь, он сунул ей свой член в рот. Катя охотно обхватила его губами, её язык заскользил по стволу.
– Да… – выдохнул Миша, когда увидел, что его жена берёт в рот у другого мужчины.
Все засмеялись. Борис хлопал в ладоши, его массивное тело тряслось от хохота.
– Давай, Миша, кончай! – крикнул Борис, его голос был громким и ликующим. – Покажи нам, как тебе нравится, что твоя жена сосёт хуй!
Жанна хихикала, поправляя своё платье. Она облизнула губы, её взгляд был прикован к Мише, как будто она наслаждалась каждым его движением:
– Кончай, Мишенька, – прошептала она. – Покажи нам, какой ты хороший мальчик. Как тебе нравится быть куколдом.
Миша уже не мог сдерживаться. Его тело напряглось, спина выгнулась, когда оргазм прокатился по нему волной. Сперма брызнула на пол, капли попали на ковёр, на его собственную руку, на его живот. Он стонал, его член ещё несколько раз дёрнулся, выдавливая из себя последние капли. Когда он наконец отпустил свою плоть, его рука была липкой, член медленно сдувался, но всё ещё подрагивал.
Олег отстранился от Кати, его член блестел от её слюны, а на губах играла довольная ухмылка.
– Ну вот, – сказал он, ухмыляясь. – Теперь ты наш официальный дрочер. Будешь приходить, дрочить на свою жену и уходить, пока мы её ебём.
Жанна захлопала в ладоши, её золотые браслеты зазвенели, как колокольчики:
– Молодец, Мишаня! – воскликнула она. – А теперь марш в свой номер. Завтра мы снова наденем на тебя клетку, чтобы ты не смог трахнуть свою жену. Тут и без тебя хватает мужиков, которые могут доставить удовольствие Катеньке. А ты будешь смотреть, сосать и лизать. А потом мы разрешим тебе подрочить – вижу, что тебе только это и надо!
Миша кивнул. Он чувствовал себя опустошённым, но в то же время наполненным странным, извращённым счастьем:
– Завтра я вернусь, – сказал он, глядя на Катю.
Она снисходительно улыбнулась ему в ответ, посмотрев на него каким-то новым взглядом, как королева, смотрит на своего раба.
– Я буду ждать, – сказала она. – Но не слишком долго. Если задержишься, мы начнём без тебя, и ты пропустишь самое интересное.

Миша вышел из виллы, его шаги были неуверенными, как у пьяного. Он дошёл до своего номера, его член снова начал набухать от воспоминаний и фантазий. В комнате он сразу же рухнул на кровать, его руки сами потянулись к члену, который оживал от мысли, что сейчас происходит на вилле без него.
Он закрыл глаза и начал дрочить. Он представлял, как вся компания снова трахает Катю, а она кричит от наслаждения. Как жена забывает о нём, отдаваясь другим, как её тело дрожит от оргазмов в то время, как он, её законный муж, дрочит здесь в одиночестве. Оргазм накрыл его волной, горячая и липкая сперма брызнула ему на живот.
Миша лежал, тяжело дыша. Он знал, что завтра вернётся на виллу. Знал, что Алла снова наденет на него пояс. Знал, что будет наблюдать, как его жену трахают другие. И это делало его счастливым. Униженным и счастливым.